Некоторые проблемы договора поставки

ПРОБЛЕМЫ И ПРАКТИКА ДОГОВОРА ПОСТАВКИ В УСЛОВИЯХ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ

Рассмотрение судебных споров связанных с качеством товара

Независимо от предмета договора поставки, состава его участников, а также оснований, в соответствии с которыми он заключается, существенными условиями договора поставки являются: условия о товаре (ассортимент, количество, качество), сроки и порядок поставки, сроки и порядок оплаты. При отсутствии хотя бы одного из этих условий в договоре он считается незаключенным. Существенными признаются также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (ст.432 ГК).

Прежде всего согласованию подлежат условия о товаре [5. С. 12] , т.е. о его наименовании, количестве и качестве, что в совокупности и составляет предмет договора поставки или объект сделки. Оговаривая предмет договора, следует указать точно название продукции (товара), не допускающее подмены, а также номера стандартов, технических условий, артикулов и других необходимых документов, на соответствие которым предстоит проверять поступившую продукцию (товары). В тех случаях, когда речь идет об изделиях одного наименования, но с различными признаками, стороны обязаны предусмотреть это в тексте договора. Возможно, что поставляемая продукция имеет сложные характеристики. Тогда их описание дается отдельно в специальном приложении, которое является неотъемлемой частью договора. Таким же образом поступают в случаях с неоднородными товарами. Как правило, описание сложных характеристик представляется в форме технических условий (ТУ) или технической спецификации (ТС). Столь подробное описание объекта сделки позволяет избежать разногласий, а также исключить возможность недобросовестного отношения к своим обязанностям какой-либо из сторон.

Количество поставляемого товара в договоре поставки определяется по соглашению сторон исходя из потребностей покупателя и с учетом производственных или иных возможностей поставщика. Для определения количества поставляемой продукции (товаров) и порядка его установления используют общепринятые параметры веса, длины, объема; штуки, комплекты и т.д. В тех случаях, когда продукция (товар) поставляется по весу, в тексте договора необходимо оговорить вес брутто или нетто, либо и тот и другой, где нетто — это вес без тары и упаковки; брутто — с тарой и упаковкой [14. С. 9].

Не исключена ситуация, когда для определения количества товара стороны воспользуются нестандартными единицами измерения, такими, как мешки, пачки, объем бутылки.

Некоторые продовольственные товары имеют тенденцию к изменению своего веса в процессе транспортировки и хранения. Точный вес такой продукции в договоре определить невозможно. И поэтому часто используется предварительное соглашение при заключении договора (опцион), и в ряде случаев обозначение количества дополняется оговоркой «около». Как правило, опцион используется при дальних перевозках овощей и фруктов. По взаимному согласию сторон, определив вес, допускается сделать запись «+- 10 %», но при этом необходима оговорка о том, кому из участников договора предоставляется право пользоваться отступлением от установленной цифры.

Под качеством поставляемого товара понимается соответствие его свойств уровню требований договора или закона, а также совокупность признаков, которые определяют его пригодность для использования по назначению.

Определять количество товара можно следующими способами: по стандартам, техническому описанию, по образцам, каталогам или проспектам поставщика, которые являются неотъемлемой частью данного договора. «Характер поставляемой продукции непосредственно влияет на требования к его качеству. Например, качество достаточно простой продукции обозначается стандартами (кирпич, бетон и т.д.), о чем в договоре делают запись: «Качество в соответствии со стандартами, установленными в РФ «. При поставках продукции предприятий станкостроения, машиностроения и др., а также товаров, на которые стандарты отсутствуют, либо им предъявляются какие-либо специальные требования, качество, как правило, определяется техническими условиями, описанными в приложении к договору. » [5. С. 17].

Когда предметом договора поставки являются продовольственные товары, то их качество должно подтверждаться сертификатом качества, который выдается уполномоченной на то государственной организацией, а также ветеринарным и санитарным сертификатом. Последний выдается на каждую партию поставляемого товара.

В тех случаях, когда заключается международный договор, который устанавливает иные правила сертификации, отличные от предусмотренных Законом РФ, то применяются правила международного договора.

Правовые основы обязательной и добровольной сертификации продукции и услуг в РФ, а также права, обязанности и ответственность участников сертификации определяет Закон РФ «О сертификации продукции и услуг» от 10.06.2004 года.

Сертификация представляет собой комплекс мероприятий, которые дают возможность определить или подтвердить соответствие продукции установленным требованиям. Сертификация должна подтвердить соответствие сертифицированных изделий ( товаров ) требованиям определенных стандартов. Кроме этого, сертификация продукции должна подтвердить, что изготовитель в состоянии обеспечить заявленное им качество в реальных условиях своего производства и что свойства выпускаемого им товара не ухудшаются в течение срока действия полученного сертификата.

Если предстоит определять качество поставляемого товара по образцам, то поставщик обязан представить их покупателю для утверждения. Только после такого утверждения этот образец будет считаться эталоном. В подобных случаях в договоре должны быть учтены сведения о количестве отобранных образцов и порядке сравнения их с поставляемой продукцией (товарами). Во избежание в дальнейшем споров об идентичности образцов третий экземпляр стоит передать на хранение нейтральному предприятию, организации, а в тексте договора сделать соответствующую оговорку и указать наименование этого учреждения.

При поставках продукции, которая в соответствии со ст.470 ГК должна безотказно функционировать в течение определенного ( гарантийного ) срока, его продолжительность следует указать в тексте договора, если это не предусмотрено в соответствующем стандарте. Когда поставщик не является изготовителем поставляемой продукции ( товара ), то покупатель может потребовать назвать в тесте договора конкретного изготовителя, его адрес и реквизиты.

Проблемы правового регулирования обязательств, вытекающих из договора поставки

Оводков В.В.
студент Московского экономико-правового института

Договор поставки — самый распространенный вид договорных обязательств в предпринимательской деятельности, а также один из важнейших договоров, по мнению профессора А.П. Сергеева: «договор поставки опосредует возмездное перемещение материальных благ в народном хозяйстве, без которого немыслимо нормальное функционирование экономики»(1) . С изложенным мнением достаточно сложно не согласиться, так как именно договор поставки является закрепленной законодательной формой взаимодействия между профессиональными участниками имущественного оборота, которые занимаются производством и оптовой торговлей сырьем, материалами, комплектующими изделиями, оборудованием, что, несомненно, составляет основу экономики любого государства.
Следует отметить, что договор поставки является традиционным российским предпринимательским договором, поскольку уже в середине восемнадцатого века он специально регулировался отечественным правом и практически не имел аналогов в зарубежных правовых системах того времени. Несмотря на то, что выделение договора поставки, как отдельного вида договора купли – продажи являлось достаточно прогрессивной, для того времени, вехой в законодательстве, достаточных юридических оснований для этого не было, так как за исключением промежутка времени между заключением и исполнением, отношения поставки ничем не отличались от купли – продажи. Это же подчеркивал и Г.Ф. Шершеневич: «совокупность юридических отношений, охватываемых на Западе одним понятием купли – продажи, у нас разлагается на три вида по едва уловимым признакам, а именно: на куплю – продажу в тесном значении этого слова, запродажу и поставку. В этом случае законодатель принял бытовые понятия, не обратив внимания на то, что они не содержат в себе достаточно юридических различий. С этой системой трех договоров, служащих одним и тем же юридическим средством достижения экономической цели, русское законодательство стоит совершенно одиноко среди других правильных законодательств» (2).
Дальнейшее законодательное закрепление договора поставки, как отдельного вида договора, в правовых источниках просматривается только в Советский период, так как Гражданский кодекс 1922 года не включал в себя нормы о договоре поставки. Выделение договора поставки, как отдельного договора объяснялось тем, что экономика развивалась в плановом порядке. Для того, чтобы экономика действовала успешно, необходимо было и придание планового характера договорам, которые отвечали за снабжение необходимыми сырьевыми ресурсами производственные комплексы.
Разрабатывая новый Гражданский кодекс, законодатель так же предусмотрел договор поставки, но теперь не как отдельный вид гражданско–правового договора, а как разновидность договора купли – продажи. Действующий ГК РФ выделяет два вида договора поставки в зависимости от основания возникновения договорных отношений:

  • отношения, основанные только на соглашении сторон, между покупателем и поставщиком;
  • отношения, которые имеют своим основанием совокупность юридических фактов в виде договора или государственного контракта и заказа товаров на поставку товаров для государственных и муниципальных нужд.

Несмотря на то, что договор поставки в Российском гражданском праве имеет более чем двухвековую историю законодательного регулирования, среди правовых источников существуют достаточно серьезные противоречия и недоработки законодателя, устранив которые была бы внесена четкость и ясность в регламентацию договорных отношений поставки.
В первую очередь, необходимо выделить существующие несоответствия актов судебного толкования норм о поставке нормам ГК РФ. В статье 506 ГК РФ, законодатель, дает определение договору поставки, согласно которому – продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в других целях, не связанных с личным, семейным, домашним, и иным подобным использованием. Данное определение содержит условие о сроке поставки. В соответствии с ч.2 п.1 статьи 432 ГК РФ срок является существенным условием договора поставки. Из смысла статьи 432 ГК РФ следует, что при неопределении контрагентами срока поставки в договоре, он не может считаться заключенным. Однако в п.7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда «О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса РФ о договоре поставки» от 22 октября 1997 года №18 содержится разъяснение: «В случаях, когда моменты заключения и исполнения договора не совпадают, а сторонами не указан срок поставки товара и из договора не вытекает, что она должна осуществляться отдельными партиями, при разрешении споров необходимо исходить из того, что срок поставки определяется по правилам, установленным статьей 314 Кодекса». Из этого пункта можно заключить, что срок может быть не указан сторонами при заключении договора поставки, следовательно, он не носит характер существенного условия. Следует отметить, что согласно законодательству Российской Федерации разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда обязательны для всей системы арбитражных судов. Очевидно, что Пленум ВАС дал неверное толкование норм ГК РФ, регламентирующих договор поставки. На наш взгляд, необходимо привести данное постановление в соответствие с нормами ГК РФ.
Также нормами ГК РФ, установлено, что товары, переданные покупателю, должны быть использованы в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним или иным подобным использованием. Из данной нормы достаточно сложно определить, что именно подразумевал законодатель под целями «не связанными с личным использованием». В данном вопросе некоторую ясность вносит толкование Пленума ВАС в Постановлении от 22 октября 1997 года №18, согласно которому: «под целями, не связанными с личным использованием, следует понимать, в том числе приобретение покупателем товаров для обеспечения его деятельности в качестве организации или гражданина – предпринимателя (оргтехники, офисной мебели, транспортных средств, материалов для ремонтных работ и т.п.)». Неточность формулировок в определении договора поставки нормами ГК РФ достаточно успешно компенсируется судебным толкованием.
Необходимо отметить и возможность использования сторонами условий поставки, из Положений, не действующих на сегодняшний день. Данное разъяснение содержится в постановлении Пленума ВАС РФ от 22 октября 1997 года №18 (п. 4): «допускается применение к отношениям поставки, в качестве условий, согласованных сторонами, нормы Положения о поставках продукции производственно – технического назначения и Положения о поставках товаров народного потребления». В таком же порядке к отношениям по поставкам товаров могут применяться, утратившие силу, особые условия поставки отдельных видов. По мнению профессоров М.И. Брагинского и В.В. Витрянского: «Правила, содержащиеся в особых условиях поставки и вытекающие исключительно из специфики поставляемых товаров (способы упаковки, порядок погрузки и др.), было бы полезным инкорпорировать и издать в виде сборника обычаев делового оборота, что позволило бы обеспечить детальное регулирование правоотношений, учитывающее особенности (в основном технические) того или иного товара»(3) . Данная точка зрения как нельзя более точно диктует необходимость составления и издания таких сборников, что обеспечило бы не только детальную регламентацию правоотношений, но и способствовало также удобству учета специфики отдельных товаров, что, несомненно, пошло бы на пользу всему имущественному обороту в целом.
Есть и сложности в вопросе возмещения убытков, данная проблема была освещена в статье В.С. Евтеева «Проблемы возмещения упущенной выгоды по договору поставки» (4). По его мнению, когда речь идет об упущенной выгоде, это значит, что наличное имущество кредитора не увеличилось, хотя могло бы увеличиться. В связи с этим нельзя согласиться с достаточно распространенным мнением о том, что упущенная выгода является будущими убытками, характеризующими деформацию имущественных интересов в будущем в отличие от реального ущерба. Упущенная выгода, как и реальный ущерб, возникает в результате нарушения договора, и совершенно неважно, когда были понесены названные убытки. Более того, упущенная выгода может стать очевидной сразу после нарушения договора, тогда как реальный ущерб может быть понесен лишь через некоторое время после такого нарушения.
Действительно, пункт 2 статьи15 ГК РФ в качестве одного из видов убытков называет «неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)».
В данной формулировке использованы понятия «неполученные доходы» и «упущенная выгода», причем они не разграничены. Если признать их синонимами, то включение в текст закона дублирующего понятия – «упущенная выгода» — выглядит неосновательным. Между тем, в отличие от неполученного дохода, упущенная выгода, или неполученная прибыль, представляет собой разницу между неполученным доходом и произведенными необходимыми расходами, включаемыми обычно в себестоимость продукции. Поэтому одно дело возместить упущенную выгоду (неполученную прибыль), и совсем другое — неполученный доход, включающий не только прибыль, но и сбереженные или не понесенные расходы, а также иные затраты, включаемые в себестоимость продукции. В последнем случае потерпевшая при нарушении договора сторона неосновательно обогащается, что недопустимо. Хотя в постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» говорится об исключении из неполученных доходов суммы не понесенных кредитором производственных, транспортно-заготовительных, торговых и иных затрат (т.е. фактически о неполученной прибыли), тем не менее, закон дает установку на возмещение неполученных доходов.
При решении вопроса о наличии упущенной выгоды суд должен использовать, помимо указанных, критерий, сформулированный в пункте 4 статьи 393 ГК РФ: «при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления». Следовательно, при рассмотрении данной категории дел суд, согласно закону, учитывает эти меры и приготовления, поскольку они косвенно подтверждают возможность реального получения доходов. Чтобы использовать данный критерий, необходимо решить две задачи, имеющие одновременно и теоретическое, и практическое значение.
Первая задача состоит в доказательстве реально осуществленных мер и приготовлений, обосновывающих наличие реальной возможности произвести и реализовать товары. В такой ситуации можно указывать на сокращение производственных мощностей и организационных предпосылок успешной коммерческой деятельности или возможности получения сырья. С одной стороны все это доказывает, что нарушение договора и уменьшение объемов производства, находятся в причинно – следственной связи, однако, возможность в действительности реализовать продукцию зависит от наличия или отсутствия у потерпевшей стороны преддоговорных связей с другими контрагентами. Именно такого подхода и придерживается Арбитражная практика, что ставит потерпевшую сторону в довольно затруднительное положение, так как она должна документально подтвердить предпринятые меры и сделанные приготовления для извлечения прибыли, например, предварительными договорами, письма с предложениями заключить договор и положительными ответами от контрагентов.
Второй задачей является разграничение мер и приготовлений для извлечения прибыли и разумных мер, предпринятых для уменьшения убытков. Главным отличием, исходя из норм ГК РФ, является то, что меры и приготовления, необходимые для извлечения прибыли, осуществляются в рамках нормальной предпринимательской деятельности до нарушения договора, до причинения убытков. Разумные же меры, предпринятые для уменьшения убытков, являются действиями в нестандартной хозяйственной ситуации, когда приходится искать оптимальный выход из неблагоприятной ситуации, возникшей в результате нарушения договора. Отличие здесь очевидно, однако арбитражные суды допускают смешение понятий и иногда называют разумные меры, предпринятые для уменьшения убытков, мерами и приготовлениями для извлечения прибыли, что является недопустимым.
Следует так же выделить проблему исчисления убытков при расторжении договора. Так в статье 524 ГК РФ установлено: «Если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке». Аналогичная норма установлена и относительно продавца по договору поставки. Исходя из этой нормы неясно, что будет являться разумной ценой при каждом конкретном случае, так как законодатель не установил никаких критериев определения разумной цены. Если существует текущая цена, обычно взимаемая при сравнимых обстоятельствах за аналогичный товар, то проблем нет – возмещаются убытки в виде разницы между ценой, установленной в договоре и текущей ценой на момент расторжения договора, однако текущая цена существует не во всех местах, что и предусмотрено в ч.2 п.3 статьи 524 ГК РФ. Данная нечеткость формулировки понятий, употребляемых в статье 524 ГК РФ, ставит потерпевшую сторону, которая понесла убытки, в сложное положение, так как доказать суду, что является разумной или наоборот не разумной ценой, при этом не руководствуясь никакими критериями практически невозможно. Данный вопрос будет решаться исключительно Судом, а практика показывает, что Суд не всегда является объективным. Решение данной проблемы содержится в Принципах международных коммерческих договоров, согласно официальным комментариям к которым: «Текущей ценой – часто, но не обязательно, будет являться цена какого – либо организованного рынка. Доказательство текущей цены может быть получено от профессиональных организаций, торговых палат и др.». Аналогичное положение необходимо внести в статью 524 ГК РФ, так как это бы свело на нет споры об определении текущей цены, в местах, где ее не существует.
Таким образом, договор поставки, как правовой документ, регулирует взаимоотношения поставщика и покупателя по поставке товаров, является единственным юридическим фактором, на основании которого возникает обязательство по поставке, направлен на возмездную передачу имущества в собственность в обмен на эквивалентно — определенное денежное предоставление. Специфика поставки состоит в том, что это сугубо предпринимательское правоотношение, в котором и продавец, и покупатель действуют с предпринимательской целью.

Читать еще:  Работника можно уволить за прогул, даже если он находился в командировке

2 Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. – М., 2005. С. 327.

3 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право, книга вторая: Договоры о передаче имущества – М., 2006. С. 102.

Проблемы правового регулирования договора поставки продуктов питания (Ю.А. Свирин, «Адвокат», N 12, декабрь 2013 г.)

Проблемы правового регулирования договора поставки продуктов питания

Ю.А. Свирин анализирует законодательство, регулирующее договор поставки, раскрывает проблемы регулирования отношений в области поставок продуктов питания, а также дает рекомендации по преодолению указанных проблем.

В настоящее время в России действует устоявшаяся практика крупных сетевых операторов розничной торговли (далее — ритейлеров) по навязыванию поставщикам одновременного заключения вместе с основным договором дополнительного договора по так называемым услугам в продвижении товара. Ipso facto («в силу очевидного факта») без заключения дополнительного соглашения подписание основного договора поставки становится невозможным. Также разумно предположить, что данная практика сетевых ритейлеров существенно влияет на увеличение стоимости продуктов питания, поскольку все их «фиктивные» услуги ведут к росту себестоимости продуктов.

Федеральная антимонопольная служба (далее — ФАС России) сегодня не в состоянии изменить порочную и незаконную практику со стороны крупных сетевых ритейлеров по навязыванию фиктивных услуг, поскольку арбитражные суды при вынесении решения о привлечении таких операторов к административной ответственности за нарушение антимонопольного законодательства и создание дискриминационных условий руководствуется прежде всего статьями 421, 424, 779 ГК РФ, закрепляющими принцип свободы договора, свободного определения цены.

Примером тому может служить решение арбитражного суда г. Москвы по делу N А40-55495/12-21-533 от 3 октября 2013 г., по результатам рассмотрения которого суд, руководствуясь вышеуказанными нормами ГК РФ, признал незаконным решение ФАС России о привлечении ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» к административной ответственности за нарушение антимонопольного законодательства в отношении 68 российских компаний, поставляющих ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» рыбную продукцию.

Читать еще:  С работника нельзя взыскать упущенную выгоду

Полагаем, что подобная судебная практика является не только необоснованной, но и не соответствующей закону. Генерализируя судебную практику, вполне возможно модифицировать вывод об усиленной защите прав сетевых ритейлеров со стороны арбитражного суда, что нарушает баланс прав и интересов иных участников экономических отношений и в конечном счете влияет на уровень ценообразования и инфляции в нашей стране. Действительно, ГК РФ устанавливает принцип свободы договора, свободного определения цены на услуги. Но в соответствии с основополагающим учением общей теории права нормы Кодекса носят общий характер. В то время как некоторые специальные законы ограничивают действие норм общего права и должны превалировать над последними. В свою очередь, ограничение принципа свободы договора нельзя рассматривать как условия, ограничивающие действия одной из сторон. Как представляется, государство должно быть эффективным регулятором свободных экономических отношений, возникающих в том числе в сфере поставок. Конституционалисты допускают ограничение даже конституционных прав и свобод, если это необходимо с целью уважения прав и свобод других лиц и нормального функционирования общества и государства*(1).

При регулировании отношений в сфере поставок товаров предприятиям розничной торговли должно действовать правило, согласно которому нормы специального закона, противоречащие общим нормам права или ограничивающие их действие, имеют превалирующее значение над общими нормами. Иными словами, в соответствии со ст. 13, 15, 16 Федерального закона от 28.12.2009 N 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» (в ред. от 30.12.2012) договор поставки не может заключаться с понуждением к заключению договора возмездного оказания услуг, направленного на продвижение товара, поскольку данное условие является фактически платой за право поставки, несмотря на то, что ст. 421 ГК РФ гарантирует участникам экономических отношений принцип свободы договора.

Таким образом, сегодня налицо коллизия норм права в регулировании отношений при заключении договоров поставки. Как справедливо указывает Т.В. Нижегородцев, установление запретов в содержании ст. 9 Закона «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» имеет целью предотвращение недобросовестных проявлений рыночной силы и рыночной власти*(2).

Установление различной цены оказываемых дополнительных «фиктивных» услуг со стороны сетевых ритейлеров (например, ООО «МЕТРО Кэш энд Керри») создает дискриминационные условия для отдельных поставщиков. Подобное навязывание контрагенту условий о внесении хозяйствующим субъектом, осуществляющим поставки продовольственных товаров платы за право поставок, прямо запрещается статьей 13 ч. 1 Закона «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации». Данное утверждение согласуется с пунктом 16.1 постановления ВАС РФ от 25.01.2013 N 10 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в котором закреплено положение о том, что при анализе вопроса, является ли конкретное действие актом недобросовестной конкуренции, подлежат учету не только законоположения, но и положения статьи 10bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности, в силу которых актом недобросовестной конкуренции считается акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Однако, как указывалось выше, судебная арбитражная практика судов первой инстанции сегодня становится на позиции защиты сетевых ритейлеров ввиду того, что невозможно представить прямых доказательств понуждения к заключению дополнительных соглашений об оказании услуг к основному договору поставки. Как нам представляется, в данной ситуации вывод о понуждении к заключению дополнительных соглашений должен следовать из косвенных доказательств, которыми являются типовые дополнительные соглашения заключенные сетевыми ритейлерами со всеми поставщиками, но с разной ценой за оказываемые одинаковые «фиктивные» услуги.

ФАС России долгое время рассматривала добровольное включение в договор поставки продовольственных товаров условий, содержащихся в пункте 2 ч. 1 ст. 13 Закона «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» как гражданско-правовую сделку, не противоречащую закону*(3). Но подобные соглашения о дополнительных услугах носили и носят характер навязывания услуг контрагенту.

В настоящее время ФАС России обращает внимание на увеличение количества случаев применения рыночной силы торговых сетей в отношении поставщиков продовольственных товаров. Из этого можно сделать вывод, что нормы специального закона, регулирующие договор поставки продовольственных товаров перестали быть эффективным регулятором отношений в сфере поставки.

Как представляется, исходя из конвергенции частноправового и публично-правового подходов в регулировании отношений субъектов торговой деятельности, следует признать, что правовой режим договора поставки продовольственных товаров должен иметь выраженный охранительный (публичный) характер, направленный на защиту интересов конечных потребителей, в связи с чем необходимо публичное вмешательство в сферу частноправовых интересов хозяйствующих субъектов.

Полагаем также, что предмет отрасли частного права (в том числе гражданского права) вполне целесообразно и допустимо регулировать не только частноправовыми, но и публично-правовыми методами, такими как обязательные предписания, запреты.

Нормы права, запрещающие навязывание ритейлерами дополнительных услуг к договорам поставок, в правовом поле России имеются. И по совершенно справедливому замечанию М.А. Егоровой, «увеличение количества запретов в содержании статьи 9 Закона «О государственном регулировании торговой деятельности в Российской Федерации» только усугубит сложившуюся ситуацию, но не устранит существующих коллизий в правовом регулировании договорных отношений, имеющих стратегическое значение для реализации Доктрины*(4) продовольственной безопасности РФ»*(5). Судебная практика сегодня идет по пути защиты прав ритейлеров, по сути, нивелируя действие публичных специальных норм права.

В связи с чем, как нам представляется, было бы целесообразным рассмотреть на Пленуме ВАС РФ вопрос о практике применения и соотношения статей 421, 424, 779 ГК РФ и статей 13, 15, 16 Закона «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», с тем чтобы сформировать правовую позицию высшей судебной инстанции и изменить существующую судебную практику, направленную на защиту интересов крупных ритейлеров в ущерб интересам конечных потребителей.

заведующий кафедрой гражданского права и процесса

Академии труда и социальных отношений, доктор юридических наук

«Адвокат», N 12, декабрь 2013 г.

*(1) См.: Страшун Б.А. Конституционное (государственное) право зарубежных стран. М.: Бек, 1993. Т. 1. С. 88; Люшер Ф. Конституционная защита прав и свобод личности / под ред. С. Болотова. М.: Прогресс Универс, 1993. С. 29.

*(2) Нижегородцев Т.В. Торговая сфера в ожидании законодательной ревизии // Конкуренция и право. 2012. N 1. С. 15.

*(3) См.: Антимонопольное регулирование в области торговой деятельности: методич. пособие для предпринимателей.

*(4) См. Указ Президента РФ от 30.01.2010 N 120 «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации» // СЗ РФ. 2010. N 5. Ст. 502.

*(5) Егорова М.А. Проблемы антимонопольного регулирования договоров поставки продовольственных товаров в свете реформы конкурентного законодательства и закона о торговой деятельности.

Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Читать еще:  Возврат вклада учредителю возможен на основании сделки

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Проблемы правового регулирования договора поставки продуктов питания

Ю.А. Свирин — заведующий кафедрой гражданского права и процесса Академии труда и социальных отношений, доктор юридических наук

Некоторые проблемы договора поставки

Можно выделить следующие блоки:

1. Квалификационное требование о том, что договор поставки заключается обеими сторонами в целях осуществления ими предпринимательской деятельности (ст. 506 ПС РФ), было закреплено более 10 лет назад и в настоящее время не охватывает новый вид деятельности, направленной на получение дохода. Проведенное исследование показало, что такая деятельность не только широко распространена в условиях рынка, но и получила свое законодательное подтверждение, например, п. 2 ст. 298 ГК РФ устанавливает: «Если в соответствии с учредительными документами учреждению предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность, то доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение учреждения и учитываются на отдельном балансе».

Таким образом, наряду с предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли, некоммерческие организации могут осуществлять иную приносящую доходы деятельность. Законодатель не выделил здесь критерий системы. Это означает, что такая деятельность может быть периодической. При этом ГК РФ не содержит ограничений осуществления такой деятельности посредством заключения договора поставки.

Основываясь на изложенных фактах, а также практики применения договора поставки, было бы более удачно ст. 506 ГК РФ изложить в следующей редакции:

«Статья 506. Договор поставки

Договором поставки признается вид договора купли-продажи, в котором продавец (поставщик), осуществляющий предпринимательскую или иную деятельность, приносящую доход, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары (вещи и иное имущество, за исключением недвижимого), обладающие определенной стоимостью, и предназначенные для реализации покупателю в целях использования, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным потреблением.»

Новизна данного определения состоит в том, что оно содержит в себе новый вид деятельности, приносящей доход; тем самым цель — систематическое получение прибыли, теряет свою эксклюзивность, договор поставки может быть в целях получения дохода, который не является систематическим 29 .

2. Если покупатель желает получить именно тот товар, который был согласован сторонами, а должник добровольно не исполняет принятые на себя обязательства, покупатель вынужден обращаться за защитой своего нарушенного права в суд (ст. 12 ГК РФ) и требовать надлежащего исполнения путем присуждения к исполнению обязательства в натуре. При этом право требовать присуждения к исполнению обязательства в натуре сохраняется у покупателя лишь тогда, когда предметом обязательства является индивидуально-определенная вещь. Если предметом обязательства является вещь, определенная родовыми признаками, то кредитор на полученные средства может самостоятельно приобрети такую же вещь.

С учетом изложенного и в целях единообразного применения закона, предлагается ст. 309 ГК РФ дополнить абзацем вторым следующего содержания:

«Надлежащее исполнение обязательства возможно передачей (получением) эквивалентной суммы (реальное исполнение). По желанию кредитора или в случае невозможности по иному исполнить обязательство, надлежащее исполнение возможно путем присуждения к исполнению обязательства в натуре, при условии, что предметом обязательства является индивидуально-определенная вещь».

3. Принимая во внимание роль, значимость и объемы товаров, движение которых на рынке опосредуется договором поставки, можно констатировать его стратегическую важность. Вместе с тем, требование о понуждении к заключению договора может быть заявлено и рассмотрено лишь в судебном порядке. Иные формы защиты нарушенного права в этом случае не применяются (п. 4 ст. 445 ГК РФ).

Принимая во внимание уровень применимости этого способа защиты нарушенного права и его стратегическую значимость, полагаем целесообразным дополнить ст. 12 ГК РФ таким способом защиты, как: «понуждение к заключению договора на основании судебного решения, если заключение данного договора обязательно для контрагента в силу указания закона или добровольно принятого на себя обязательства».

4. В качестве особенности заключения договора поставки следует отметить предусмотренный ГК РФ специальный порядок урегулирования разногласий, возникших между сторонами относительно отдельных условий договора. Сторона, получившая подтверждение о согласии заключить договор, но на иных условиях, должна в течение 30 дней принять меры к согласованию условий договора, по которым возникли разногласия (ст. 507 ГК РФ), если иной срок не установлен законом или не согласован сторонами.

Данное правило на практике не соблюдается, поскольку закон:

а) не предусмотрел последствий, в том числе ответственности, за несоблюдение указанного требования;

б) не урегулировал процедуру преодоления разногласий. Можно, конечно, применив аналогию закона, руководствоваться порядком, установленным при заключении договора в обязательном порядке — ст.445 ГК РФ. Однако эта норма применительно к поставке (за исключением для государственных нужд) будет нарушать принцип свободы договора (ст. 421 ГКРФ).

С учетом выявленной ситуации, а также принимая во внимание общие проблемы заключения договоров, опосредующих предпринимательскую деятельность, и руководствуясь принципом свободы договора можно аргументировать актуальность дополнения статьи 446 ГК РФ общим порядком разрешения преддоговорных споров на досудебном уровне.

5. ГК РФ не содержит перечня существенных условий договора поставки, поскольку нормы о качестве и ассортименте товаров применяются только в тех случаях, когда имеет место ненадлежащее исполнение договора поставки. При такой правовой регламентации суды по одним и тем же спорам принимают прямо противоположные решения.

В целях установления единого понимания закона и практики его применения, а также учитывая конкуренцию товаров предлагается дополнить ст. 506 ГК РФ абзацем вторым следующего содержания: «Условия договора поставки считаются согласованными, если договор позволяет определить наименование, ассортимент, количество, качество товара и страну его происхождения» 30 .

Договор поставки товара — это соглашение, согласно которому один из его участников, именуемый далее поставщик, принимает на себя обязательства по передаче определенных товаров, предназначенных для хозяйственных целей, другому участнику договора — покупателю. Названные товары должны быть переданы в оговоренный срок.

Сторонами договора поставки являются поставщик и покупатель. На стороне поставщика, как правило, выступают коммерческие организации и граждане-предприниматели. В качестве покупателя могут выступать любые лица (за исключением граждан, приобретающих товары для бытовых нужд), однако чаще всего это также предприниматели (индивидуальные и коллективные).

ГК РФ устанавливает особую процедуру согласования условий договора поставки. Поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.

Договор поставки продукции играет важную роль в осуществлении предпринимательской деятельности, поскольку он обеспечивает возможность осуществления товарооборота. Договор поставки оборудования представляет собой один из видов договоров купли-продажи, поэтому в некоторых случаях его называют торговой или предпринимательской куплей-продажей. Данный договор регулирует такие вопросы, как приемка, комплектность, гарантийное обслуживание поставленного товара.

Типовой договор поставки является возмездным, взаимным и консенсуальным. Отличительной чертой договора поставки является специфика его предмета, под которым подразумевается товар, используемый для предпринимательской деятельности, предназначенный для последующего производственного употребления. Можно выделить следующие характеристики договора поставки: различие времени исполнения и заключения договора, возможность передачи еще не произведенных товаров, наличие у поставляемого товара родовых признаков.

Правовое регулирование договоров поставки, в частности порядок выполнения поставки, разрешение разногласий, осуществляется различными нормативными актами, в первую очередь, параграфом 3 гл. 30 ГК РФ, ст. 506-524 ГК РФ. Кроме того, некоторые специфические виды поставок дополнительно регулируются Федеральными законами.

Договор поставки считается заключенным, когда между сторонами достигнуто соглашение о предмете договора и сроках поставки.

Предмет договора – это условия о товаре, о его наименовании, количестве и качестве.

Устанавливая предмет договора, стороны должны точно указать название продукции (товара), не допускающее подмены, а также номера стандартов, технических условий, артикулов и других необходимых документов, на соответствие которым предстоит проверять поступившую продукцию (товары).

Еще одно условие, которое входит в предмет договора – это условие о качестве. Под качеством (ст.469 ГК РФ) поставляемого товара понимается соответствие его свойств уровню требований договора или закона, а также совокупность признаков, которые определяют его пригодность для использования по назначению.

Согласно ст.469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, обладающий надлежащим качеством.

В соответствии с ГК РФ, при отсутствии в договоре условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

Сроки поставки — согласованные сторонами и предусмотренные в договоре временные периоды, в течение которых продавец должен передать товар покупателю.

Общеобязательное включение в договор сроков передачи товара связано с тем, что товар может передаваться в целом (партией товара) либо отдельными партиями (еженедельно, ежемесячно) и т.д.

Анализируя практику применения ныне действующих норм, регулирующих договор поставки, эксперты сходятся во мнении, что в основе своей они соответствуют современным реалиям и достаточно эффективно выполняют свои функции. Однако назрела необходимость внести некоторые поправки и изменения в ряд статей Гражданского Кодекса РФ.

Список использованных источников и литературы

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector